Особая жестокость по-красноярски...
Владимир РОСЛОВ
В последнее время практики-следователи, судьи, медэксперты, которым приходится освидетельствовать подозреваемых, все чаще говорят о большом количестве преступлений, ничем в своей жестокости не объяснимых. В Красноярском крае чуть ли не каждую неделю задерживают насильников, издевающихся над маленькими детьми, ловят беспощадных убийц, готовых уничтожать просто так, без всякого смысла. Причем зверства уже никого не удивляют, они становятся чем-то обыденным. Что это – деградация общества? Болезнь, требующая немедленного вмешательства психиатров?
История первая: три рубля и «Родопи»
В тот вечер 17-летний житель города Заозерный Алексей Головин пил со своим приятелем, которому не исполнилось и пятнадцати лет. Водки не хватило, поэтому после полуночи отправились в магазин. Здесь у прилавка Алексей увидел женщину, которая ему понравилась. Догнав ее на улице, подонки
скрутили и за забором изнасиловали свою жертву. Затем ограбили, но улов – кошелек с тремя рублями и пачкой сигарет «Родопи» — показался маленьким. Чтобы разжиться более существенным, они заставили женщину назвать адрес. Приятель Сергей остался с женщиной на улице, приставив нож к ее животу, а Алексей забрался в квартиру через окно. Он начал собирать вещи и вдруг обнаружил, что он не один. В комнате находилась 7-летняя дочь потерпевшей – Алена. Головин накрыл голову девочки одеялом и надругался над ребенком. Затем спокойно спустил через окно понравившиеся вещи: электрочайник, утюг, одеяло, кофту, часы, даже мягкие игрушки – утенка, зайцев и собак…
Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, Алексей Головин был признан вменяемым, однако он «обнаруживает признаки психопатии типа эмоционально тупых». Другими словами, безразличен к чужой боли, не склонен к сопереживанию. Собственную жестокость оправдывает действием водки, на все вопросы отвечает однообразно: «Так, заклинило что-то».
Красноярский краевой суд приговорил Головина к 13 годам лишения свободы. Его подельник Сергей Наумов был приговорен к пяти годам условно.
История вторая: вину валили друг на друга
Компания друзей из Рыбинского района поначалу зарабатывала на жизнь воровством: крали свиней, коров, разделывали их и продавали мясо. За этим последовало разбойное нападение на ферму, кражи автомашин.
Однажды 26-летний Дмитрий Масютин и 24-летний Борис Соковин в очередной раз решили угнать автомашину. На автобусной остановке в селе Рыбное они остановили вишневый «Фольксваген-Венто» и попросили водителя подвезти их. Однако далеко не поехали: достали обрез, и водитель «добровольно» свернул на проселочную дорогу, в лес.
Кроме хозяина Николая Якубенко в машине ехала его 16-летняя дочь. Буксировочным тросом обоих привязали к березе, связали им руки, а голову мужчины притянули к дереву брючным ремнем. Затем Масютин достал обрез и выстрелами в лицо убил отца и дочь.
По показаниям Соковина, заранее об убийстве они не договаривались. Почему Масютин вдруг начал стрелять, причем в последний момент, когда уже собирались уезжать, – непонятно. Впрочем, он в этом так и не признался. В ходе судебного разбирательства оба подсудимых валили вину друг на друга.
После убийства Масютин прикатил на вишневой иномарке к своей 16-летней сожительнице в село Рыбное. Как домовитый хозяин, привез картошку, сало, яйца, сметану – все это было в «Фольксвагене». Машину, кстати, позже по неосторожности сожгли.
Оба подсудимых признаны вменяемыми, хотя Масютин, по заключению судебно-психиатрической
экспертизы, «обнаруживает признаки психопатии истерико-возбудимого типа».
По совокупности содеянного Масютин был приговорен к пожизненному закючению, а Соковин получил 12 лет колонии строгого режима.
История третья: трое погибли под пытками
28-летний Андрей Лемешев, Евгений Шотин, 23-х лет, его одногодок Юрий Мутовин и 24-летний Семен Бортников почти все свободное время торчали около небольшого рынка в Лесосибирске – занимались мелким вымогательством и пьянствовали. Пили и в ту ночь, когда к ларьку подъехали на автомобиле Андрей Загнетов и Юлия Богатова. Пока они были в ларьке, Лемешев успел вытащить из машины зеркало заднего вида. Потерпевшие сразу пропажу не заметили, однако чуть позже вернулись к рынку и не одни, а с приятелем Алексеем Полынцевым и потребовали: «Мужики, верните зеркало!»
Лучше бы они этого не делали! Их тут же начали избивать – руками, ногами, распределительным валом от двигателя. Их сбрасывали в коллекторный колодец вниз головой и вновь вытаскивали. Наконец запихнули в машину и увезли в песчаный карьер в семи километрах от города. Там истязания с применением ножа и кувалды продолжились. Андрей Загнетов умер первым, его смерть наступила в результате десяти колото-резаных раненгий в грудную клетку и черепно-мозговой травмы.
Потом и мертвого Загнетова, и живых еще Юлию Богатову и Алексея Полынцева усадили в автомобиль, который затем и подожгли. Взрывной волной девушку из салона выбросило, она смогла отползти от машины на три метра, но ее ударили кувалдой по голове. От этого Юля и скончалась. Алексей Полынцев погиб, отравившись угарным газом.
Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, подсудимые Лемешев и Шотин «обнаруживают признаки приобретенного хронического психического расстройства в форме изменения личности по возбудимому типу вследствие хронического алкоголизма». Однако они вменяемы, отчет о своих действиях отдавать могут. Мутовин и Бортников никакими расстройствами не страдают.
Красноярский краевой суд приговорил Андрея Лемешева и Евгения Шотина к пожизненным срокам заключения, Юрия Мутовина – к 25 годам (из них 10 — в тюрьме), а Семена Бортникова – к 23 годам (8 – в тюрьме) лишения свободы.
Но кроме них, по сути, соучастниками преступления (хотя закон здесь бессилен) стали и другие персонажи, а именно: свидетели. Проснувшись посреди ночи от криков, жители дома напротив из своих окон наблюдали, как убивают ни в чем не повинных людей. Они слышали и в ходе судебного разбирательства давали об этом показания, как молила Юля: «Отпустите, пожалейте!» Как кто-то из парней, ударившись о дно колодца, кричал оттуда: «Пощадите!» И никто даже не позвонил в милицию. Почему?
Получается, то же – эмоциональная тупость, недостаток чувств, неумение сопереживать. Одним словом, клиника.